Legendarium: like a home cross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Legendarium: like a home cross » перекрёсток дорог; » do you believe in time travel?


do you believe in time travel?

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Код:
<!--HTML--><center><div style="width: 450px; padding: 2px; background-color: #eeeeee; border: 15px solid #482a20;">

<img src="https://38.media.tumblr.com/9db2947a164d16ffee228c85862f36bc/tumblr_nrp67eLo0w1r90377o1_500.gif" width="450"></img>

<div style="width: 400px; font-family: georgia; font-size: 23px; text-transform: lowercase; color: #482a20; font-style: italic; line-height: 90%; text-shadow: 1px 1px 0px #ffffff;">Do you believe in time travel?</div>

<div style="width: 400px; font-family: georgia; font-size: 10px; text-transform: uppercase; color: #482a20; line-height: 90%; letter-spacing: 4px;">What if you could go back in time…and take all those hours of pain and darkness…and replace them with something better?</div>

<div style="width: 400px; padding: 10px; background-color: #EEEEEE; font-family: Georgia; color: #482a20; font-size: 12px; line-height: 110%; text-align: justify;">

<br>
<br>
<body>
<table border="1">
<tr>
<td><center><b>Участники:</b></center><br>
Венди Дарлинг и кролик-страшила</td>
<td><center><b>Задержка поста:</b></center><br>
3-7 дней</td>
</tr>
<tr>
<td><center><b>Место:</b></center><br>
Реальность относительна.</td>
<td><center><b>Условия:</b></center><br>
Скорее всего звездная и туманная ночь, для полноты картины можно привинтить к небу полную луну.</td>
</tr></table>
</body>

На каждую фантазёрку найдётся свой невидимый друг.
<br>
<br>
</b><br>
</div>
</div></center>

0

2

Раз уж кролик гигантский и кошмарный, пусть будет немного психоделичности.
Меня зовут сумасшедшей. Мечтательницей. Сказочницей. Девчонкой, что выдумывает собственные миры и убегает в них, спасаясь от мира внешнего.
Я не спорю с ними.  Есть ли смысл спорить с тем, что, в какой-то мере, правда? Я просто обуваю удобные для долгих прогулок туфельки и вновь сбегаю из этой реальности внутрь себя. Там ждут меня уютные парковые аллеи и собеседники, имя которым "сказки".
Но в такие ночи, как эта, мой внутренний мир недоступен мне. Он то расширяется, то сужается, выбрасывая меня из себя, закрывая вход. Он боится впускать меня в себя. Забавно? Может быть. И мне не остается ничего, кроме как убежать из себя в реальность. В конце концов, она тоже прекрасна, если знать, как посмотреть на нее. Если не бояться ее видеть.
В моей реальности все относительно. Я приглаживаю свои рыжие волосы, в зеркале они отражаются как лиловые, но я твердо знаю, что на самом деле они черные. Просто сегодня им захотелось быть иными. Не для других, нет. Для меня. В моей голове все не так, как в чужих. У людей вокруг меня в головах буквы и цифры, они скучные и им тоже скучно. В моей голове есть птицы, такие большие, что я могу летать на них, есть облака, сладкие, как карамель, и мягкие, как пуховые перины, в ней есть все, что я захочу. Удивительно ли после этого, что я так люблю уходить в себя? Но сейчас мой мир не принимает меня. И я заплетаю свои черные волосы в косу, натягиваю голубое платье, что остается голубым, как бы я ни хотела заставить его переливаться всеми цветами радуги, я достаю из-под кровати свои любимые туфельки, забираюсь на подоконник, открываю окно и падаю, падаю, долгий миг, пока мои ноги не касаются мостовой. Выпрямляюсь, оправляю одежду. Ночь темна и безлунна, но темноты я никогда не боялась, к тому же горят фонари - через один, через два, но горят. Их желтый, болезнненый свет заставляет все выглядеть живым. Говорят, в полночь оживает все - и я в это верю. Только вот который час?
И, будто в ответ на мои мысли, звенят глухо и издали колокола часовой башни. Раз, два, три, пять, восемь... двенадцать. С тринадцатью было бы забавнее, но люди так суеверны, что ни за что не согласятся на такое. Да и по времени не получится. Шестьдесят секунд в минуте, шестьдесят минут в часе, двадцать четыре часа в сутки. Если заменить двадцать четыре на двадцать шесть - или даже всего тринадцать - ничего не получится. Минуты будут неровными. Неправильными. И будет плохо всем. Не только мне. Но и мне тоже. И это решающий фактор. И я выпинываю из головы эту мысль о времени, иду дальше по пустому городу, окутанному туманом, отвешиваю реверанс балерине из барельефа на стене, машу рукой веселой цыганке с бубном, кружащейся в самом середине фонтана, запрыгиваю на балюстраду и иду по ней, балансируя, подбадриваемая веселыми криками русалок из реки... В этом городе, кажется, нет никого, кроме меня, из людей. Но меня это ничуть не огорчает. Я вполне способна общаться и с остальными. К тому же временами они бывают намного забавнее и интереснее людей, и с этим ничего не поделаешь.

Отредактировано Wendy Darling (2015-08-15 22:51:33)

+1

3

В городе ночь. Впрочем, кажется, что ночь не в городе, а в душе у странного существа, что разгуливает по тесным улочкам, оживлённых днём и скованных сном в ночное время. Его когтистые лапы мягко ступают по аккуратно подстриженному заботливым садовником газону, практически не оставляя следов – примятая подушечками трава с лёгкостью поднимается обратно, ведь несмотря на свой гигантский рост этот кролик практически не имеет веса. Он весь собран из воспоминаний давно умершего человека, наделён его образом, его разумом. Брошен скитаться между мирами в надежде на что-то, что он сам по себе не способен понять. С момента, как не стало его Донни, нужда в кролике-Фрэнке пропала. Он отделился от своего друга так же легко, как отделяется сгнившее трупное мясо от кости, когда приходит его время. Время. Кролик останавливается, мысленно смакуя это слово. Время ему не говорит ни о чём. Странное явление. Оно вроде бы есть, но его всё равно не существует. Ведь никто так и не смог доказать существование Четвёртого Измерения, как бы ни пытались. Все доводы были признаны сумасбродными. И кролик-Фрэнк с этим согласен.

Где-то далеко отсюда, свернувшись эмбрионом под лоскутным одеялом, спит тот, кто подарил ему имя, голос, лицо и способность передвигаться в дурацком костюме страшилы. Где-то в ином измерении, где ему ещё нет двадцати, он цел и жив, он не знаком с Донни Дарко, да и вряд ли в будущем познакомится с ним, ведь старшая сестра Донни ни за что не приведёт домой своего бойфренда, несмотря на все его попытки стать ближе к её семье. Она его словно сторонится. Боится, не доверяет тому, что он, вообще-то, такой же нормальный, как и она. Думает, что он ненадёжный партнёр и всё-таки за него держится. Детские жестокие игры, которые, увы, ничему его не научат. Мальчик по имени Фрэнк видит странный сон о том, как его убивает соседский мальчишка в ночь на Хеллоуин, а потом просыпается в холодном поту, держась за правый глаз. Это всего лишь кошмар. Это всего лишь отголоски пережитого прошлого. Наутро он узнает, что Дональда Дарко больше нет в живых, что его убила деталь самолёта, упавшая ему в комнату, пока он спал. С того момента мальчик по имени Фрэнк перестаёт ночевать на чердаке – мера предосторожности. И он почти ничего не желает помнить о том, что с ним было во сне.

Кролик-Фрэнк – его часть. Самое тёмное, что может быть в таком незаурядном человеке, как Фрэнк Андерсон. Взгляните на него, ведь он обычный. Самый обычный, в меру эрудированный, в меру глуповатый, заносчивый, инфантильный. Про таких, как он, говорят «держи ухо востро – смотри, как бы он тебя не очаровал!» Ничего очаровательного нет в кролике-Фрэнке. Нет смеющихся глаз, задорной улыбки, мягкого смеха. Кролик-Фрэнк, кажется, совсем позабыл о том, что некогда был человеком. Он долго молчал, скитаясь по множеству вариаций Вселенных, заглядывал в окна прошлого, стучался в двери будущего. Был где-то за бортом всего, что происходит в водовороте из времени, места и силы рациональности. Сейчас он с трудом мог бы сказать, где он находится. Он исходил так много троп, повидал так много миров, что ему в конечном итоге стало совсем всё равно.

В городе клубится синеватый туман, и страшному кролику кажется, что будь он плотнее, то в него можно было бы укутаться, как в большое ватное одеяло. Внутри витает стылый воздух, на которого не нашлось ветра, флюгера на башнях замерли без движения и смысла, а далёкие звёзды на высоченном и недосягаемом небе над головой насмешливо подмигивают двухметровому кролику-Фрэнку, не спеша отмеряющего шагами дорогу от городского парка до центральной площади с диковинным фонтаном. Он бродит беспризорником по пустынным и незнакомым улочкам в надежде на то, что однажды всё-таки потеряется, а потом его кто-то найдёт. Но, как назло, он всегда находит дорогу обратно. Туда, откуда пришёл. А когда ему наскучит слоняться без дела, он вновь откроет портал из воздуха и воды, снова шагнёт в неизвестность и только бог один ведает, где он окажется на этот раз.

Кролик-Фрэнк слышит человека. Человек думает почти о том же, о чём и он – задаётся вопросами времени. Человек где-то рядом, и ночное страшилище перемещается по улицам куда быстрее – пропадая в одном месте, возникая в другом, идя на голос мыслей другого живого существа. Пожалуй, самого первого за долгое время молчания. Губы под маской растягиваются в тонкую болезненную улыбку, а спрятанный в ростовом костюме человек чувствует, как трескается запёкшаяся на лице кровь, тут же инстинктивно собирая её языком. Кровь отдаётся металлическим привкусом, как будто бы он только что лизнул велосипедный руль. Кролику-Фрэнку становится весело от этих мыслей, становится весело от того, что он видит важно шагающую по ограждению девочку, долго смотрит ей вслед, ища на задворках чужого сознание имя и, наконец, произносит его вслух достаточно громко, чтобы его было слышно, и практически бесшумно, чтобы не потревожить спящий загадочный город.

- Венди.

«Венди» означает «святая». Отколовшееся от Гвенды и Гвендолин, это имя не утратило своего белого мягкого света. «Венди» означает «друг». Гвенди-венди. Эта девочка бы не понравилась Донни, слишком уж она нежная, тёплая, слишком правильная, слишком… Но кролику-Фрэнку она приходится по душе, поэтому он вновь зовёт её, выйдя из тени и становясь в пятно жёлтого фонарного света.

- Венди Дарлинг.

«Друг»,  а ведь когда-то и кролик-Фрэнк был чьим-то другом. Донни звал его «воображаемым», «невидимым», и страшила смеялся. Этот смех служил колыбельной измученному видениями мальчишке, повзрослевшему куда раньше, чем он сам того в результате хотел. Поговаривают, что детство кончается в тот момент, когда ребёнок впервые видит чью-то смерть. Не столь важно чью. Он вдруг понимает, что тоже смертен. И хоть конец ему кажется чрезмерно далёким и почти недосягаемым, в душе зарождается что-то, что разделяет его жизнь на «до» и «после. Его милый Донни видел слишком много смертей, чтобы оставаться невинным блаженным мальчиком. И большую часть катастроф провоцировал сам кролик-Фрэнк, невольно чиня месть за то, что некогда сам Донни лишил ни в чём не повинного подростка жизни, сославшись на неслучайность случайностей.

- Венди, что ты думаешь о путешествиях во времени?

Она необычная, эта Венди. В её голове целый мир – огромный, необъятный, словно иная Вселенная. Но мир этот вовсе не порождение её разума, скорее, самое точное его отражение. Кролик-Фрэнк знаком с той страной, в какую стремится попасть Венди Дарлинг, но он не может сказать ей о том, что навсегда остаются в ней лишь те дети, кто умер в своём невинном возрасте. Кто опередил откровение смерти, решив отправиться в полное безмятежности и захватывающих приключений измерение, позабыв обо всех невзгодах, что встречались им на жизненном пути. И теперь они счастливы. Может быть. Кролик-Фрэнк приветственно машет лапой обратившей на него своё внимание девочке. Ему очень хочется говорить с ней. О том, о сём – не важно о чём.

- Ведь это не твой город, Венди. Как ты здесь оказалась?

+1

4

Люди ходят даже по тротуару осторожно, аккуратно, будто боясь свалиться. Куда они боятся упасть? В какое измерение они боятся провалиться? В их головах всего один мир, и они в нем живут, так какая разница, как сильно ушибешься, падая, если останешься на своем месте? Гораздо интереснее рисковать в любой момент провалиться в другой мир, на другую и незнакомую тебе землю. Это может быть даже забавно. Это может быть познавательно. И уж точно это будет что-то новое. Незнакомое. Неиспытанное раньше. И я иду по балюстраде дальше, не балансируя, просто иду вперед, вперед, уверенно, то на носочках, то наступая на всю ступню, иногда даже кружась, но умудряясь не падать. И даже если и упаду, что с того? Никуда я не денусь из этого мира. С одной стороны мостовая, с другой — русалки, готовые выловить меня и вернуть на сушу. Мне ничего не угрожает — но никакая перспектива приключений не мелькает передо мной, не манит песнью сирен на скалы — или в море. И это даже скучно, кто бы что ни говорил.
Ветерок прилетает из ниоткуда. Он тянет меня вперед за полы платья, играет с моими волосами, мурлыкает на ухо принесенные издалека песенки. Он зовет меня не останавливаться, просит потанцевать с ним. Я прикрываю глаза, кружась под его пение, чувствуя его легкие поцелуи на своих щеках, кутаясь в пушистый туман, как в кружевную накидку. Каблучки туфелек бесшумно касаются каменной балюстрады, их стук слышен только в моих ушах — стук, задающий ритм мне, моему дыханию, моему пульсу. Интересно, а если я задержу дыхание, на сколько хватит воздуха в моих легких? И я зажмуриваюсь плотно-плотно и не дышу, идя вперед и вперед. И ветер тихонько шепчет на на ухо мое имя, и я не сразу осознаю, что он всего лишь приносит его мне, а не нашептывает сам. И, открывая глаза, я разворачиваюсь, снова дыша. Кто тот, что вышел на улицу сегодня? Кто тот, что разрушил мое одиночество? И не то чтобы я за это на него сердилась... И, когда в полутьме передо мной проступают черты не человеческого лица, а звериной морды, когда я явно вижу кроличьи ушки, я улыбаюсь и иду ему навстречу.
- Я никогда еще не путешествовала во времени,
- отвечаю я ему, тихо, чтобы не разрушить сказку вокруг, чтобы не спугнуть садящихся на мои плечи бабочек из желтого света фонарей. - Я путешествовала только в пространстве. Это тоже весело. Вокруг так много миров, а люди застряли только в одном, а это скучно...
Мурлыкаю себе под нос мелодию, подходя почти вплотную к нему. Балюстрада невысокая, и я не намного выше этого кролика — зато он выше, чем я думала. И я встаю на носочки прежде, чем спрыгнуть и оказаться совсем маленькой по сравнению с ним. Как ребенок. Только вот я уже не ребенок — но и не взрослая. Я не знаю, кто я такая. Не мне это решать. И это единственное, что я не могу решать насчет себя.
- Я просто решила, что мне не помешало бы погулять,
- и я пожимаю плечами, задирая голову так, чтобы разглядывать кроличью мордашку. - Мир сам привел меня сюда, мне было все равно, куда идти, лишь бы было интересно. К тому же я тут уже была, хоть и днем. А как вас зовут, мистер Кролик?

0

5

Люди ходят даже по тротуару осторожно, аккуратно, будто боясь свалиться. Куда они боятся упасть? В какое измерение они боятся провалиться? В их головах всего один мир, и они в нем живут, так какая разница, как сильно ушибешься, падая, если останешься на своем месте? Гораздо интереснее рисковать в любой момент провалиться в другой мир, на другую и незнакомую тебе землю. Это может быть даже забавно. Это может быть познавательно. И уж точно это будет что-то новое. Незнакомое. Неиспытанное раньше. И я иду по балюстраде дальше, не балансируя, просто иду вперед, вперед, уверенно, то на носочках, то наступая на всю ступню, иногда даже кружась, но умудряясь не падать. И даже если и упаду, что с того? Никуда я не денусь из этого мира. С одной стороны мостовая, с другой — русалки, готовые выловить меня и вернуть на сушу. Мне ничего не угрожает — но никакая перспектива приключений не мелькает передо мной, не манит песнью сирен на скалы — или в море. И это даже скучно, кто бы что ни говорил.
Ветерок прилетает из ниоткуда. Он тянет меня вперед за полы платья, играет с моими волосами, мурлыкает на ухо принесенные издалека песенки. Он зовет меня не останавливаться, просит потанцевать с ним. Я прикрываю глаза, кружась под его пение, чувствуя его легкие поцелуи на своих щеках, кутаясь в пушистый туман, как в кружевную накидку. Каблучки туфелек бесшумно касаются каменной балюстрады, их стук слышен только в моих ушах — стук, задающий ритм мне, моему дыханию, моему пульсу. Интересно, а если я задержу дыхание, на сколько хватит воздуха в моих легких? И я зажмуриваюсь плотно-плотно и не дышу, идя вперед и вперед. И ветер тихонько шепчет на на ухо мое имя, и я не сразу осознаю, что он всего лишь приносит его мне, а не нашептывает сам. И, открывая глаза, я разворачиваюсь, снова дыша. Кто тот, что вышел на улицу сегодня? Кто тот, что разрушил мое одиночество? И не то чтобы я за это на него сердилась... И, когда в полутьме передо мной проступают черты не человеческого лица, а звериной морды, когда я явно вижу кроличьи ушки, я улыбаюсь и иду ему навстречу.
- Я никогда еще не путешествовала во времени,
- отвечаю я ему, тихо, чтобы не разрушить сказку вокруг, чтобы не спугнуть садящихся на мои плечи бабочек из желтого света фонарей. - Я путешествовала только в пространстве. Это тоже весело. Вокруг так много миров, а люди застряли только в одном, а это скучно...
Мурлыкаю себе под нос мелодию, подходя почти вплотную к нему. Балюстрада невысокая, и я не намного выше этого кролика — зато он выше, чем я думала. И я встаю на носочки прежде, чем спрыгнуть и оказаться совсем маленькой по сравнению с ним. Как ребенок. Только вот я уже не ребенок — но и не взрослая. Я не знаю, кто я такая. Не мне это решать. И это единственное, что я не могу решать насчет себя.
- Я просто решила, что мне не помешало бы погулять,
- и я пожимаю плечами, задирая голову так, чтобы разглядывать кроличью мордашку. - Мир сам привел меня сюда, мне было все равно, куда идти, лишь бы было интересно. К тому же я тут уже была, хоть и днем. А как вас зовут, мистер Кролик?

+1


Вы здесь » Legendarium: like a home cross » перекрёсток дорог; » do you believe in time travel?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC